www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Уголовное право
Таганцев Н.С. Уголовное право (Общая часть). Часть 2. По изданию 1902 года. Allpravo.ru. - 2003.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
226. II. Ограничение выбора места жительства

226. II. Ограничение выбора места жительства. По Уложению 1845 г. это дополнительное взыскание представлялось в нескольких видах. Таким был, во-первых, полицейский надзор, который по Уложению являлся последствием высших исправительных наказаний, а именно: ссылки на житье (ст. 44) и заключения в исправительные арестантские отделения (ст. 48) или в тюрьму, заменившую рабочий дом (ст. 49)[1]. Полицейский надзор был или бессрочный, как последствие ссылки на житье, или срочный, а именно: для освобожденных из арестантских отделений — 4 года, из бывшего рабочего дома — 2 года, из крепости двух высших степеней и бывшего смирительного дома — 1 год[2].

Для лиц непривилегированных полицейский надзор мог быть заменен надзором обществ, если таковые пожелали принять их.

Приговоренные к отдаче под надзор полиции отправлялись в назначенное для них или избранное ими самими место жительства с уведомлением о том местной полиции и губернатора (ст. 971 Устава уголовного судопроизводства). В продолжение времени надзора они не могли переменять место жительства и удаляться от оного без дозволения полиции или общества; поднадзорным, не имеющим средств, выдавалось пособие из Министерства внутренних дел. Поднадзорным, по примечанию к ст. 51 Уложения (по прод. 1895 г.; ср. также ст. 332 Устава о содержащихся под стражей; ст. 21 Положения о видах на жительство 1894 г.), было воспрещено жительство и пребывание в столицах и во всех местностях столичных губерний, в губернских городах и даже в их уездах или местностях на расстоянии 25 верст (кроме приписанных к обществам, находящимся в этих уездах и местностях), в крепостях и в 25-верстном от них расстоянии, в городах и местностях, в коих это будет особо воспрещено по Высочайшему повелению[3].

Постановления нашего законодательства о надзоре представлялись совершенно неопределенными и непрактичными. В особенности невыясненными были постановления о надзоре общества. Уже комиссия Министерства юстиции 1872 г. указала на их полную практическую несостоятельность. Существенным признаком всякого права, говорила она, является возможность осуществить это право на деле. Общество, по букве закона надзирающее за освобожденным преступником, не имеет возможности каким бы то ни было образом осуществлять этот надзор; он практически всегда остается мертвою буквой и всегда бесплоден как для поднадзорного, так и для самого общества; сохранение за последним исключительного, без всякого участия полиции, права надзора за освобожденным является совершенно бесцельным. Точно так же и Комиссия Государственного Совета 1879 г. находила, что существование надзора обществ тесно связано с правом обществ не принимать лиц наказанных, которые в таком случае подлежат ссылке в Сибирь на водворение в административном порядке, а затем категорически высказалась против обеих мер. Поэтому ныне, с отменой права непринятия обществами освобожденных из исправительного дома, сохранение надзора обществ потеряло последнее основание.

Во-вторых, высылка за границу, как дополнительное наказание, существовала только для иностранцев, и притом, по Закону 25 ноября 1885 года, после отбытия ими наказания в тюрьме, заменяющей бывший рабочий дом (ст. 75). Они высылались за границу с воспрещением возвращаться в пределы России; но в случае непринятия их в прежнее отечество они отдавались под общий полицейский надзор по ст. 49[4].

В-третьих, воспрещение жительства в столицах и иных местах. На основании примечания 2 к ст. 58 Уложения лицам, коим по суду воспрещен въезд в столицу, не дозволялось жительствовать в губерниях Московской и Санкт-Петербургской иначе как по особому Высочайшему разрешению. Сюда же относилось и воспрещение жительствовать в собственных виновного имениях с учреждением над ним опеки. Но воспрещение жительства, в сущности, относилось к исключительным наказаниям, так как оно применялось только по отношению к некоторым особым деяниям; например, последнее наказание назначалось только за отступление от православия (ст. 188).

Редакционная комиссия предполагала ограничениям права выбора места жительства придать прежнее название полицейского надзора, но Государственный Совет устранил это наименование как не соответствующее тем правоограничениям, которые под него подводились.

Теперь, по ст. 34, приговоренные к каторге, ссылке на поселение или заключению в исправительном доме, а также соединенному с лишением прав состояния заключению в тюрьме по освобождении от поселения или из заключения подвергаются следующим ограничениям[5]:

1) им воспрещается жительство и пребывание в указанных законом губерниях, уездах, городах или иных местностях, т. е., согласно ст. 21 Положения о видах на жительство и п. 5 Закона 10 июня 1900 г., в столицах и столичных губерниях; в губернских городах и их уездах и в местностях, отстоящих от губернских городов на расстоянии 25 верст (за исключением лиц, приписанных к обществам в тех уездах и местностях); во всех крепостях и местностях, отстоящих от крепостей на расстоянии 25 верст; в тех городах, где пребывание поднадзорным не разрешается по особым Высочайшим повелениям;

2) в случае неизбрания ими при освобождении от наказания места жительства таковое определяется губернским начальством;

3) им воспрещается без особого разрешения местной полиции оставлять избранное или назначенное место жительства до истечения полугода по водворении в оном;

4) по истечении полугода после водворения дозволяется переменять место жительства, но не иначе как с ведома о том местной полиции.

Все эти ограничения, а в частности и указанные в пп. 1 и 4, срочные, а именно: для приговоренных к каторге и поселению — пять лет по освобождении от поселения, для приговоренных к исправительному дому — три года и к тюрьме — один год по освобождении из заключения.

Эти сроки, в случае одобрительного поведения приговоренных, могут быть сокращены: пятилетний — до трех лет, трехлетний — до одного года, а годовой— вовсе отменен[6].

Но приговоренные к каторге и по истечении сих сроков не имеют права постоянного жительства в столицах, столичных губерниях и в губернии, в пределах коей совершено преступление.

Для иностранцев все эти ограничения могут быть заменены высылкой за границу с воспрещением навсегда возвращаться в Россию.



[1] Надзор за сосланными в Сибирь как во время нахождения на поселении, так и по водворении их определяется Уставом о ссыльных.

[2] По Особенной части Уложения надзор сопровождал иногда и кратковременный арест, назначаясь на срок от 1 до 3 лет (последние части ст. 245, 251 и 252); денежные взыскания, также на срок от 1 до 3 лет (ст. 1050, 1052), а равно лишение духовного сана, причем надзор назначался бессрочный (ст. 193). По ст. 324 назначение какого-либо наказания за принадлежность к противозаконным сообществам всегда влекло отдачу под надзор на время от 1 до 5 лет. Иногда надзор назначался как самостоятельное наказание, например по ст. 122 Уложения, на определенное (но не указанное в законе) более или менее продолжительное время.

[3] Ст. 58 Уложения говорила еще об отдаче под особый надзор полиции, но закон не определял, в чем он состоит и чем отличается от обыкновенного надзора. Очевидно, что здесь закон имел в виду некоторые специальные случаи надзора, указанные в Особенной части.

[4] До Закона 1885 г. изложенное правило применялось только к иностранцам, не изъятым от телесного наказания, а для изъятых высылка заменяла и ссылку на житье в отдаленные губернии, но закон нигде не указывал, каких именно иностранцев считать изъятыми, так что на практике почти все иностранцы признавались изъятыми. По Закону 1885 г. все иностранцы подлежат тюремному заключению (30, II), а не ссылке на житье.

[5] Ныне эти ограничения являются безусловным последствием указанных в тексте наказаний, по предположениям же Редакционной комиссии принятие этих мер было факультативно и зависело притом от распоряжения местного начальства; равным образом от него же зависело и сокращение сроков такого надзора.

[6] Уголовное уложение вовсе не определяет, от кого зависит это сокращение сроков.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100