www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Уголовное право
Таганцев Н.С. Уголовное право (Общая часть). Часть 2. По изданию 1902 года. Allpravo.ru. - 2003.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
223. Управление местами заключения

223. Тюремное управление у нас, в особенности по отношению к низшим видам лишения свободы, представлялось с начала минувшего XIX столетия совершенно своеобразным[1]. В 1810 г. в Петербург прибыли двое ревностнейших последователей Джона Говарда, братья Венинги, с желанием служить делу тюремной реформы в России; в 1819 г., по мысли Вальтера Венинга, было образовано общество попечительное о тюрьмах, принятое под непосредственное покровительство императора Александра I и начавшее с 1822 г. действовать по всей России путем местных комитетов. Обществу предоставлено было широкое участие в тюремном деле; но другое предположение Венинга передать в исключительное заведование общества тюрьмы не осуществилось: заведование тюрьмами получило двойственный характер, разделившись между обществом и административными властями.

Пока, как выражено в «Журнале комиссии Государственного Совета 1878 г.», общество действовало под непосредственным руководством императора Александра I, соединяя в среде своей лучшие умственные силы того времени, влияние его в тюремном деле было преобладающее[2]; но вскоре государь скончался, господство филантропического направления, с наступившими новыми обстоятельствами, стало ослабевать, а с ним ослабевала и деятельность тюремного общества[3]. Органы правительственной власти начали входить в распоряжения тюремных комитетов, и, при существующей неопределенности отношений, между администрациею и комитетами нередко стали возникать недоумения и пререкания. Чем дальше дело шло по этому пути, тем сохранение его в прежнем виде становилось невозможнее, что и привело к коренному преобразованию попечительного общества в 1851 г.

Со времени этого закона общество получило административный характер; но само управление тюрьмами оставалось тем не менее в высшей степени сложным, разновластным, а потому и непрактичным. Главное попечение о всех исправительных местах лишения свободы было предоставлено обществу попечительному о тюрьмах (ст. 15 и 29 Устава о содержащихся под стражей, изд. 1857 г.); заведование же местами заключения в порядке управления государственного принадлежало министрам внутренних дел и юстиции, а заведование местами содержания политических арестантов — Третьему отделению Его Императорского Величества канцелярии. Сообразно этому и в губерниях заведование тюрьмами принадлежало, кроме комитетов попечительного общества, прокурорам и стряпчим, начальникам губерний, губернским правлениям, городским полициям и жандармским штабс-офицерам, причем круг деятельности властей судебных, административных и благотворительных не был надлежаще отграничен друг от друга; поэтому, когда с 60-х годов задача тюремного управления значительно осложнилась, а само число подвергаемых заключению, вследствие ограничения применения розог значительно возросло, то это многоначалие и неопределенность явились одним из существенных препятствий в деле тюремной реформы.

Упорядочение управления тюремной частью было сделано созданием в 1879 г. Главного тюремного управления и введением в 1890 г. тюремной инспекции. 13 декабря 1895 г. состоялось Высочайшее повеление о передаче заведования тюрьмами в Министерство юстиции. Затем в 1896 г. по Высочайшему повелению под моим председательством была образована комиссия для начертания предположений о преобразовании тюремного управления, как центрального, так и местного; составленный комиссией проект в том же году был представлен министру юстиции, а затем с изменениями, сделанными в нем Главным тюремным управлением, был разослан на заключение ведомств; но в Государственный Совет еще не внесен, так что управление остается на прежних основаниях.

Теперь (ст. 14 Устава о содержащихся под стражей) главное заведование тюремной частью гражданского ведомства сосредоточено в Министерстве юстиции по Главному тюремному управлению и Совету по тюремным делам из 7 членов[4]. Главным начальником всех мест заключения является министр юстиции, а ближайшее заведование ими по всей империи вверено начальнику Главного тюремного управления, местное же — губернаторам или начальникам областей (ст. 15). Ближайшее заведование каторжными тюрьмами возлагается на непосредственную ответственность местных губернаторов, причем в губерниях Тобольской, Томской, Енисейской и Иркутской в составе губернских управлений учреждены должности тюремных инспекторов и их помощников, которым присвоены те же права, как и в Европейской России, и, сверх того, права и обязанности бывших экспедиций о ссыльных. Заведование нерчинской каторгой возложено на особое управление, образованное по правилам, к ст. 26 (по прод. 1895 г.) приложенным. Управление состоит в непосредственном ведении военного губернатора Забайкальской области и образуется из начальника каторги, его помощника, начальников тюрем и прочих чинов по штату, а затем при отдельных тюрьмах состоят тюремная стража из старших и младших надзирателей и конвойная стража. На острове Сахалине, главное управление коим принадлежит приамурскому генерал-губернатору, а местное вверено военному губернатору острова, каторжные тюрьмы и поселения ссыльных, находящиеся в пределах каждого из трех округов, на которые остров разделяется, состоят в единоличном заведовании окружных начальников по принадлежности; затем следуют начальники тюрем и смотрители поселений и их помощники. Тюремный надзор составляют старшие и младшие надзиратели, полагая одного старшего на 50 и младшего на 25 каторжных (Устав о ссыльных, ст. 27 по прод. 1895 г.). Заведование передвижением ссыльных принадлежит главному и участковым инспекторам по пересылке арестантов (ст. 384—385 Устава о содержащихся под стражей, ст. 14 Устава о ссыльных), и наконец, прием и распределение ссыльных всех категорий, а равно и учет ссыльно-поселенцев — Тюменскому приказу о ссыльных и тюремной инспекции. По отношению к местному управлению исправительными домами и тюрьмами сохранились правила, относящиеся к арестантским отделениям и тюрьмам старой системы. Таким образом, все дела по частям тюремно-арестантской, пересыльной и по исполнению судебных приговоров сосредоточиваются в тюремном управлении, учрежденном в составе губернского правления из тюремного инспектора и его помощника, причем все дела, не подлежащие ведению общего собрания губернского правления или губернатора, разрешаются властью губернского тюремного инспектора, который и наблюдает за исполнением всех требований закона относительно содержания арестантов.

Управления отдельными местами заключения составляют начальники тюрем и их помощники и помещницы, врачебный персонал и духовные лица; при тюрьмах состоит тюремная стража из старших и младших надзирателей, а в некоторых особенно важных тюрьмах — военный караул. Петербургские места заключения состоят в непосредственном ведении Главного тюремного управления, московские — московского губернатора и управляются на основании особых правил (ст. 48 и след. Устава о содержащихся под стражей, по прод. 1895 г.), в основе коих положен принцип единоличной власти начальников тюрем, ответственных за свои действия в порядке служебной подчиненности и контролируемых особыми наблюдательными (а не распорядительными) комитетами. Арестные дома, устраиваемые земствами и городами, находятся в их ведении, причем для общего надзора за содержанием заключенных уездный или мировой съезд по принадлежности избирает из своей среды или из посторонних благонадежных лиц особого попечителя для каждого помещения. Попечение о местах заключения, за исключением каторги и исправительного дома, для которого существует особое попечительство об улучшении нравственного и физического состояния арестантов, вверено обществу попечительному о тюрьмах. Общество состоит из членов и благотворителей и находится под управлением президента, комитетов — мужских и женских, управляемых вице-президентами и председательницами, утверждаемыми в сем звании высочайшей властью, и отделений. В числе вице-президентов обязательно состоят начальники губерний и архиереи, между директорами — обязательно перечисленные в законе (ст. 76 и 77 Устава о содержащихся под стражей) чины местного управления; прочие директора избираются вице-президентами и председательницами и утверждаются государем. Комитеты в губерниях распоряжаются суммами, отпускаемыми на содержание арестантов, но в Петербурге общество устранено от хозяйства и ограничивается исключительно благотворительной деятельностью[5]. Так как на общество возложена не только забота о содержании арестантов, но и о нравственном их исправлении, то ему же предоставлено открытие и заведование различными учреждениями тюремно-благотворительного характера. Кроме общества, в попечении о тюрьмах принимает участие и земство, преимущественно в хозяйственном отношении (ст. 17). Надзор за местами содержания принадлежит по Уставу уголовного судопроизводства прокурорам и судьям в пределах их участка или округа; они наблюдают, чтобы никто не содержался без надлежащего постановления уполномоченного на то места или лица. Неправильно содержащихся они освобождают из-под стражи, причем, согласно Циркулярному указу Правительствующего Сената 20 мая 1877 г., освобождение находящихся под арестом может быть сделано только после надлежащего сношения с местами, их задержавшими. Равным образом на этих лиц (ст. 11 Устава уголовного судопроизводства) возложено наблюдение за тем, чтобы арестанты содержались в надлежащих местах заключения, на прокуроров же возлагается (Устав о содержащихся под стражей, ст. 18) прием, просмотр и отправление бумаг, писанных содержащимися под стражей и наблюдение за успешным ходом арестантских дел. Лица местного прокурорского надзора имеют беспрепятственный вход в тюрьмы, но не иначе как по удостоверительным билетам в их личности, а в арестные дома — без всяких ограничений. Беспрепятственный вход в тюремные заведения для осмотра положения содержащихся там арестантов имеют также начальники губернских жандармских управлений. Если же в местах заключения находятся военные арестанты, то надзор за их содержанием предоставляется и военным чинам, в ст. 20 Устава о содержащихся под стражей указанным.



[1] Правила устройства арестных домов изложены в инструкции об устройстве сих помещений 1866 г. и в Циркуляре Министерства внутренних дел от 8 декабря 1889 г. Ср. Коковцов.

[2] Более подробные сведения о возникновении и первоначальной деятельности общества у В. Никитина, «Тюрьма и ссылка», 1880 г., стр. 10 и след. Первым президентом общества был назначен князь А. Н. Голицын.

[3] Общество имело ближайший надзор за заключенными, за размещением их по роду преступлений, за наставлением их в правилах благочестия и доброй нравственности, за занятиями арестованных; от него зависело наложение важнейших дисциплинарных взысканий. Управление общества состояло из центрального комитета в Петербурге и местных комитетов; для обсуждения важнейших дел члены съезжались в генеральные собрания.

[4] Конечно, и позднее среди деятелей тюремных комитетов встречалось немало людей, отдававших себя всецело этому делу; такова, например, светлая личность доктора Гааза, действовавшего в Москве в 40-х и 50-х годах, облик коего воскресил в памяти русского общества А. Ф. Кони своими о нем чтениями в 1891 и 1892 гг. Но труд отдельных личностей не изменял общего характера деятельности тюремного общества.

[5] Надзор за местами заключения государственных преступников, как приговоренных, так и подследственных, отделен от Главного тюремного управления и сосредоточен в Департаменте полиции.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-19