www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Уголовное право
Таганцев Н.С. Уголовное право (Общая часть). Часть 2. По изданию 1902 года. Allpravo.ru. - 2003.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
192. Отличие наказания от других последствий преступного деяния

192. Из понятия преступного деяния вытекает, что наказание представляется выражением того особого отношения, которое возникает между учинившим это деяние и государством. С точки зрения преступника наказание является последствием им учиненного, с точки зрения государства — мерой, принимаемой вследствие совершенного виновным деяния.

Но подобно тому, как не всякое нарушение запретов или приказов авторитетной воли, определяющих нашу жизненную деятельность, мы называем преступным деянием и отличаем это понятие не только от греха и безнравственности, но и от неправды в обширном смысле, так ближайшее рассмотрение, с точки зрения жизни и закона, того, что сопровождает совершившееся преступное деяние, указывает нам, что далеко не все его последствия, не все то, что испытывает преступник вследствие учиненного им деяния, или, как говорили прежние немецкие криминалисты, не всякое «der Uebelthat folgende Uebel»[1], даже далеко не все меры, принимаемые государством по поводу или вследствие преступного деяния, подходят под понятие наказания. Этим объясняется и то обстоятельство, что и самому слову «наказание» не только в житейском языке, но и в литературе, и даже в специально-уголовной, придают весьма разнообразное значение[2], а потому, приступая к рассмотрению учения о карательной деятельности, необходимо установить объем и границы самого понятия наказания.

Так как наказание есть выражение юридического отношения, возникающего между государством и преступником, то, конечно, к области наказания могут быть относимы только юридические последствия преступления, изменяющие права и юридические интересы лица наказываемого. В жизни мы называем часто наказанием различные физические страдания, болезни, материальные лишения, которые падают на виновного совершенно независимо от воли и усмотрения государства и которые или находятся в известном соотношении с учиненным, являются как бы его последствием или только случайно совпадают с ним. Так, мы говорим о проявлении карающего перста провидения как о наказании, когда от разыгравшейся на пожаре бури сгорело имущество и самого поджигателя, когда виновник взрыва сам сделался его жертвой, когда убийца, изнасилователь ослеп или оглох, когда над ним или его семьей стряслось несчастье, когда жертва преступления, защищаясь, искалечила виновного, причинила ему расстройство здоровья и т. д.; но все эти материальные лишения и страдания, сопровождавшие преступление или как бы вытекавшие из него, не составляют наказания в юридическом смысле.

На том же основании необходимо отделить от наказания и нравственные муки, угрызения совести, испытываемые преступником, хотя бы они были столь сильны, что для их прекращения он спешил отдаться в руки правосудия, выстрадать свою вину. Необходимо выделить далее вызванные преступлением изменения в отношениях к виновному его семьи, знакомых, общества, потерю любви, уважения, доверия, и притом даже и тогда, когда такая потеря выражается во внешней, осязаемой форме: не будет наказанием в юридическом смысле отцовское проклятье, хотя бы оно сопровождалось составлением рассерженным отцом духовного завещания, лишающего виновного сына наследства; не будет наказанием отказ от дома, неподача руки, забаллотировка при выборах и т. п., как скоро во всех этих лишениях не заключается юридического ограничения личности и ее прав.

Несравненно теоретически труднее, а практически важнее отграничение наказания от последствий преступного деяния, не только причиняющих моральное или физическое страдание преступнику, но и имеющих юридический характер, видоизменяющих область его прав, но не входящих в область наказания.

Лицо, умышленно разбившее севрскую вазу, приговорено, положим, к уплате штрафа в 50 рублей и к вознаграждению хозяина в 200 рублей; виновный в побуждении, посредством обмана, уступить какое-либо право по имуществу приговорен к тюрьме на 1 год, а сама сделка признана недействительной; виновный в имении в лавке испортившихся съестных припасов посажен под арест на два месяца, а припасы уничтожены; лицо, построившее дом с нарушением технических правил или грозящий личной безопасности, приговорено к аресту, а сам дом сломан; юноша, виновный в краже, посажен в тюрьму и вместе с тем исключен из заведения, в коем он воспитывался; подозреваемый в преступной деятельности или порочного поведения крестьянин по приговору общества передан в распоряжение правительства и т. д. Относятся ли вознаграждение вреда, недействительность договора, истребление испорченных припасов, сломка опасного для личной безопасности здания, исключение из учебного заведения, высылка на водворение к наказанию или все эти меры являются отдельно от него стоящими юридическими последствиями преступления? Практически отделить эти меры от наказания в тесном смысле приходится уже и потому, что они могут, а иногда и должны быть применяемы и по отношению к деяниям, учиненным такими лицами, которые не подлежат наказанию за давностью, смертью и т. д.; они могут быть определяемы не только уголовным судом в его приговоре, но, при известных условиях, и различными иными органами власти, а некоторые из них даже и не могут быть определяемы судом в порядке уголовного процесса.

Но какие же признаки могут быть указаны для отграничения, хотя бы в общих чертах, наказания в тесном смысле от этих quasi[3] — наказаний?

Для этого, мне кажется, необходимо помнить, какими признаками характеризуется юридическая природа уголовно наказуемых деяний вообще. Преступление по существу своему есть совершившееся посягательство на юридический порядок: нарушение правоохраненного интереса, чьего-либо субъективного права есть только средство подобного посягательства; мало того, уголовно наказуемым посягательство на правовой порядок становится только в том случае, если государство признает, что такое посягательство, согласно с исторически сложившимися условиями народной жизни, представляет действительно более или менее важное значение для спокойного существования и правильного развития государства. Следовательно, так как наказание является последствием учиненного преступного деяния, то нельзя причислять к наказанию: во-первых, принудительные меры, принимаемые органами государственной власти в интересе предупреждения или пресечения правонарушений, или меры надзора за отдельными лицами или группами лиц, по своим занятиям, образу жизни, прежней деятельности и т. п. представляющимися опасными для общественного или государственного порядка и спокойствия; во-вторых, принудительные меры, принимаемые этими органами для устранения различного рода затруднений, причиняемых правильному осуществлению предначертанной законом их деятельности, в частности, например, меры, принимаемые органами суда для правильного хода процесса, администрацией — для осуществления надзора акцизного, таможенного, санитарного и т. д. Далее, так как наказанием могут быть почитаемы только меры, принимаемые государством в интересах публичных ради охраны правопорядка, то посему нельзя относить к наказанию в тесном смысле, в-третьих, те последствия и меры, которые служат исключительно для возмещения материального ущерба, причиненного пострадавшему, для восстановления его имущественных интересов и прав; и, в-четвертых, те меры, которые налагаются хотя бы и органами суда, но в интересах различного рода юридических или моральных единений или учреждений, существующих в государстве, в интересах дисциплины. Поэтому только те меры, которые принимаются государством против лиц, учинивших преступные деяния, вследствие такого учинения, для охраны правопорядка и правоохраненных интересов, могут быть отнесены к карательной деятельности государства[4].



[1] Не всякое преступление — продолжение зла (нем.).

[2] Ср. Н. Meyer, и Liszt.

[3] Как бы, как будто (лат.).

[4] Как будет указано далее, эта карательная деятельность — применение наказания в об­ширном смысле — не ограничивается только теми материальными стеснениями и страдани­ями, которые в законе отнесены к наказаниям в тесном смысле, главным или дополнительным, но объемлет и другие стеснения, испытываемые преступником вследствие привлечения его к ответственности, например процессуальные. Это отличие наказания от других мер борь­бы с уголовной неправдой прекрасно оттенены у Thomsen в его criminalpolitische Bekämp­fungsmethoden [Томсен. Уголовно-политические методы борьбы (нем.)], 1893 г.; он подробно рассматривает лица и учреждения, содействующие государству в правоохране, и сами меры таковой.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-19