www.allpravo.ru
   Дипломные
Заказать дипломную О коллекции дипломных
Рекомендации по написанию Пополнить коллекцию

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:


Версия для печати

Конституционное право России

Дипломные
Прямое применение Конституции РФ в судах общей юрисдикции
<< Назад    Содержание    Вперед >>
2. Дискуссионные вопросы применения Конституции РФ

Постановление Конституционного суда РФ по делу о толковании отдельных положений ст.ст.125-127 Конституции РФ, вызвало немало обоснованных вопросов и сомнений у научных и практических работников.

Некоторые ученые поддержали позицию Конституционного Суда РФ. Так, экс-председатель Конституционного Суда РФ В.А. Туманов предложил внести в Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" норму, запрещающую судам общей юрисдикции решение вопроса о конституционности законов. Более того, И.Л. Петрухин сделал следующий вывод: "...в решении этого вопроса допускается неоправданная амбициозность..."[1]. Е. Лобачев подчеркивает: Абстрагируясь от того факта, что это по своей сути противоречит статьям 104-107 Конституции РФ, необходимо отметить, что наделение судов правотворческими функциями (в состав последних и входит право нуллификации) неприемлемо в странах, относящихся к романо-германской правовой семье, к коим принадлежит и Россия. Подобное нововведение потребовало бы пересмотра большинства правовых актов, составляющих основу ее правовой системы, и такую реформу вряд ли следует признать целесообразной[2].

Подавляющее же большинство научных и практических работников не согласились с выводами Конституционного Суда РФ[3]. Например, Г.А. Жилин замечает: "...все нормативные акты органов государственной власти субъектов РФ, включая конституции и уставы, по инициативе граждан, организаций и прокуроров могут проверяться судами общей юрисдикции на предмет их соответствия нормативным актам более высокой юридической силы, в том числе и Конституции РФ[4].

Рассмотрим дискуссионные вопросы.

Во-первых, дискуссионным является следующий вывод Конституционного суда РФ: «рамки настоящего толкования определяются целью разграничения компетенции в области нормоконтроля между Конституционным Судом Российской Федерации и другими судами". Между тем, как известно, в общей теории права под толкованием нормативных правовых актов принято понимать лишь их уяснение и разъяснение. "Разграничение" же компетенции каких-либо государственных органов - функция законодательных органов государственной власти, к которым Конституционный Суд РФ, безусловно, не относится. Больше того, Конституционный Суд РФ по существу выступил "судьей в собственном деле», фактически перераспределив полномочия федеральных судов в свою пользу[5].

Конституционный Суд РФ в своем постановлении использует понятие "проверка конституционности нормативных актов", предполагая, что "другие судебные органы Конституция Российской Федерации такими полномочиями не наделяет". Однако в общей теории права принято разграничивать понятия "преодоление" коллизий нормативных правовых актов и их "устранение". Если преодолевать коллизии нормативных правовых актов могут все правоприменители в процессе применения норм посредством, например, применения нормативных правовых актов более высокого уровня и неприменения нормативных правовых актов, противоречащих актам, имеющим более высокую юридическую силу, то устранением коллизий нормативных правовых актов действительно могут заниматься лишь органы, наделенные законом специальной компетенцией. При таком подходе Конституционный Суд РФ имеет право устранять коллизии нормативных правовых актов в соответствии со ст.125 Конституции РФ и Федеральным конституционным законом от 21 июля 1994 г. "О Конституционном Суде Российской Федерации", признавая федеральные законы и иные нормативные правовые акты, отнесенные к его компетенции, не соответствующими Конституции РФ. А иные правоприменители могут преодолевать коллизии нормативных правовых актов, во-первых, не применяя акты, не соответствующие Конституции РФ, и непосредственно применяя нормативные правовые акты более высокой юридической силы; во-вторых, признавая нормативные правовые акты, не отнесенные к компетенции Конституционного Суда РФ, не соответствующими нормативным правовым актам более высокой юридической силы.

Конституционный Суд РФ в анализируемом Постановлении пришел к выводу: поскольку полномочия Конституционного Суда РФ закреплены специально в Конституции РФ, постольку "конституционное судопроизводство" других судов без их конституционного закрепления исключается.

Конституционный Суд РФ делает и другой дискуссионный вывод: "Предусмотренное статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации обращение иных судов в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности примененного или подлежащего применению в конкретном деле закона, если суд приходит к выводу о несоответствии закона Конституции Российской Федерации, не может рассматриваться только как его право, - суд обязан обратиться с таким запросом, чтобы не соответствующий Конституции Российской Федерации акт был лишен юридической силы (ч.6 ст.125) в конституционно установленном порядке, что исключило бы его дальнейшее применение".

Конституционный Суд РФ в пользу такого решения приводит следующие доводы: Первый - "данная обязанность судов, вытекает из возложенного на них, как на независимые органы правосудия, конституционного полномочия обеспечивать судебную защиту прав и свобод человека, включая равенство перед законом и судом (статьи 18, 19 и 46), подчиняясь при этом Конституции Российской Федерации и федеральному закону". На мой взгляд, довод "о равенстве перед законом" выглядит в данном случае недостаточно убедительно, поскольку речь идет о законе, не соответствующем Конституции РФ и прямом применении последней.

Довод второй - "отказ от применения в конкретном деле закона, неконституционного с точки зрения суда, без обращения в связи с этим в Конституционный Суд Российской Федерации противоречил бы и конституционным положениям, согласно которым законы действуют единообразно на всей территории Российской Федерации (статьи 4, 15 и 76), и в то же время ставил бы под сомнение верховенство Конституции Российской Федерации, так как оно не может быть реализовано, если допускается разноречивое толкование различными судами конституционных норм"[6].

Исследователи приходят к выводу, что Конституционный Суд РФ вышел за пределы своей компетенции - буквального толкования Конституции РФ, выполнив несвойственные ему функции законодателя, по существу расширительно истолковав Конституцию РФ и дополнив ее новым содержанием. В ч.4 ст.125 действующей Конституции РФ записано: "Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле..." Думается, точное языковое толкование использованного в Конституции РФ понятия "примененного" дает судам конституционное право применять Конституцию РФ непосредственно (прямо) до обращения в Конституционный Суд РФ. Кроме того, в ст.ст.4, 15, 76 Конституции РФ нет понятия "единообразное применение законов", речь идет лишь о верховенстве Конституции РФ и федеральных законов над иными нормативными правовыми актами[7].

Что же касается "разноречивого толкования различными судами конституционных норм", то оно в конечном результате должно быть исключено, так как согласно ст.ст.126, 127 Конституции РФ Верховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ осуществляют судебный надзор за деятельностью судов и дают разъяснения по вопросам судебной практики, целью которых и является "единообразное" правоприменение, выработка единых подходов в правоприменительной практике.

Спорным можно считать и другое положение Конституционного Суда РФ, содержащееся в резолютивной части: "Суд общей юрисдикции или арбитражный суд, придя к выводу о несоответствии Конституции Российской Федерации федерального закона или закона субъекта Российской Федерации, не вправе применить его в конкретном деле и обязан обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности этого закона".

В ст.36 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. указано, что основанием к рассмотрению дела в Конституционном Суде РФ является обнаружившаяся "неопределенность" в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ закон или иной нормативный правовой акт. В этой связи, как представляется, обоснованно возникает вопрос: нужно ли обращаться в Конституционный Суд РФ, когда такой неопределенности нет? В обычных случаях, когда нормативный правовой акт очевидно не соответствует Конституции РФ. Например, согласно ч.3 ст.55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом. В то же время зачастую они ограничиваются нормативными правовыми актами более низкого уровня, например законами субъектов Российской Федерации. Нужно ли в этих и им подобных очевидных случаях обращаться в Конституционный Суд РФ? Думается, нет. Другой пример. Согласно той же статье Конституции РФ федеральным законом права граждан могут быть ограничены лишь в случаях, установленных Конституцией РФ. Как должен поступать судья, если федеральный закон очевидно нарушает права граждан по другим основаниям? Полагаю, и в этом случае правоприменитель должен прямо применять Конституцию РФ[8].

В связи с изложенными аргументами трудно согласиться и с другим выводом Конституционного Суда РФ: "Обязанность судов в случаях, если они приходят к выводу о неконституционности закона, для официального подтверждения неконституционности обращаться в Конституционный Суд Российской Федерации не ограничивает непосредственное применение ими Конституции Российской Федерации".

Весьма спорным и следующий вывод Конституционного Суда РФ: "Устранение неконституционного закона из системы правовых актов не может быть достигнуто ни путем разрешения дел... ни путем разъяснений по вопросам судебной практики, который дают Пленумы Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Последние не вправе определять какой-либо иной порядок обеспечения непосредственного применения Конституции Российской Федерации при разрешении конкретных дел, чем предусмотренный ею, а также федеральным конституционным законом".

Таким образом, Постановление Конституционного Суда РФ от 16 июня 1998 г. №19-П, окончательно не разрешило возникшие вопросы, а скорее развило проблематику, в виду чего Конституционный суд РФ еще несколько раз обращался к этому вопросу. В этой связи необходимо выделить:

- Постановление Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2001 г. N16-П[9];

- Определение Конституционного Суда РФ от 8 февраля 2001 г. N 15-О[10];

- Определение Конституционного Суда РФ от 4 марта 1999 г. N 31-О.

Конституционный Суд РФ оставил открытым и вопрос и о нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации. В этой связи, в практике постоянно возникает неразрешенный Конституционным Судом РФ вопрос: кто может признавать нормативные правовые акты, не перечисленные в ст.125 Конституции РФ, не соответствующими Конституции РФ? Обладают ли суды общей юрисдикции полномочиями по прекращению юридической силы нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации в отсутствие федерального конституционного закона, регламентирующего такую их компетенцию; возможна ли проверка судами общей юрисдикции актов, определяющих конституционный статус субъекта Российской Федерации, а именно конституций и уставов?

Дело в том, что Конституция предусматривает, что этот вопрос должен быть урегулирован специальным конституционным законом. Между тем, действующие законы федерального уровня, регламентирующие вопросы такой проверки, не являются федеральными конституционными законами, т.е. по своей форме не отвечают данному требованию, а потому в практике их применения после принятия Конституционным Судом Российской Федерации указанного постановления возникают трудности. Это относится к нормам, содержащимся в Законах Российской Федерации "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан"[11], "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" (с изменениями от 29 июля 2000 г., 8 февраля 2001 г., 7 мая, 24 июля, 11 декабря 2002 г., 4 июля 2003 г.)[12], в Федеральном законе "О прокуратуре Российской Федерации"[13], а также в ГПК РФ. К слову сказать, в 1998 году в Государственную думу РФ представлялся проект ФКЗ «О судах общей юрисдикции в РФ», в который было включено следующее положение (п.5 ст.6):

«Суд, установив при рассмотрении дела несоответствие каких-либо актов или действий (бездействия) Конституции Российской Федерации и (или) федеральному закону, принимает решение в соответствии с Конституцией Российской Федерации и (или) федеральным законом.

Решение суда о признании нормативного правового акта или его отдельной части не соответствующими федеральному закону влечет за собой утрату силы этого нормативного правового акта или его части. Такое решение суда незамедлительно публикуется в печатном органе, в котором был официально опубликован нормативный правовой акт.

Решение суда о признании нормативного правового акта недействительным не может быть преодолено повторным принятием такого же акта»[14].

По мнению большинства специалистов, большую роль в законодательном решении названного вопроса призван сыграть федеральный конституционный закон "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации", вслед за которым, вероятно, последует принятие ряда частных законов, определяющих порядок организации и деятельности отдельных звеньев и видов судов.

Но вернемся к Постановлению Конституционного суда. В Определении Конституционного суда РФ от 8 февраля 2001 года, Конституционный суда РФ уточняет.

В Постановлении по делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции РФ Конституционный Суд РФ, исходя из статьи 4 (часть 2) Конституции Российской Федерации, согласно которой федеральные законы имеют верховенство на всей территории РФ, указал, что в силу статьи 120 (часть 2) во взаимосвязи со статьей 76 (части 3, 5 и 6) Конституции РФ суд общей юрисдикции правомочен решать, учитывая разграничение компетенции между Российской Федерацией и ее субъектами, какой закон - федеральный или закон субъекта РФ в случае противоречия между ними должен быть применен в рассматриваемом деле. Таким образом, статья 120 (часть 2) Конституции РФ, исходящая из того, что на суды общей юрисдикции возложен выбор норм, на основании которых должен быть разрешен конкретный правовой спор, тем самым управомочивает их определять, какой закон подлежит применению, а какой, соответственно, фактически не действует.

Конституционный Суд РФ не исключил также возможность законодательного наделения судов общей юрисдикции полномочием по проверке перечисленных в статье 125 (пункты "а" и "б" части 2) Конституции РФ нормативных актов с точки зрения их соответствия федеральному закону, с тем чтобы могло иметь место не только признание проверяемого акта - в случае его незаконности - не подлежащим применению (недействующим), но и утрачивающим юридическую силу. Однако такое новое регулирование должно быть установлено федеральным конституционным законом, как того требует статья 128 (часть 3) Конституции РФ.

В отсутствие же соответствующего правового регулирования суды общей юрисдикции не вправе признавать законы субъектов РФ утратившими юридическую силу. Этот вывод был подтвержден Конституционным Судом РФ в постановлении по делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 статьи 1, пункта 1 статьи 21 и пункта 3 статьи 22 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации"[15].

Суды общей юрисдикции, руководствуясь статьями 4 (часть 2) и 76 Конституции РФ, обязаны обеспечивать верховенство федеральных законов, признавая в ходе правоприменительной деятельности закон субъекта РФ недействующим, т.е. не подлежащим применению, если установят его несоответствие федеральному закону, принятому по вопросу, относящемуся к ведению РФ или к совместному ведению РФ и ее субъектов. Как указал Конституционный Суд РФ в названном постановлении, механизм реализации и правовые последствия таких судебных решений определены ГПК РФ, который предусматривает, в частности, что вступившее в законную силу решение суда о несоответствии закона субъекта РФ федеральному закону направляется законодательному (представительному) органу субъекта РФ, который обязан отменить противоречащее федеральному закону положение. Конституционный Суд РФ прямо подтвердил, что данное правомочие судов, закрепленное в ГПК РФ до вступления в силу Конституции РФ, не может быть аннулировано лишь по той причине, что оно не установлено федеральным конституционным законом; решение суда общей юрисдикции о несоответствии федеральному закону закона субъекта РФ по своей природе не означает отмену последнего самим судом, тем более не лишает его юридической силы с момента издания; у субъекта РФ, не согласного с таким решением, сохраняется право ходатайствовать перед Конституционным Судом РФ о подтверждении конституционности своего закона либо о проверке конституционности федерального закона, которому не соответствует признанный недействующим закон субъекта РФ.

Таким образом, результатом вышеприведенного толкования статьи 125 Конституции Российской Федерации не может быть ограничение полномочий судов общей юрисдикции и арбитражных судов по проверке в порядке административного судопроизводства конституционности таких подзаконных актов, как нормативные акты федеральных министерств, ведомств, нормативные акты министерств и ведомств субъектов Российской Федерации. Признание неконституционными и недействующими таких подзаконных актов суды не только вправе, но и обязаны осуществлять по жалобам частных лиц в порядке прямого применения конституционного положения о праве на судебную защиту (статья 46 Конституции Российской Федерации)[16].

В отличие от формулировки этого права в других конституциях, в которых, как правило, устанавливается право на судебную защиту в порядке, определяемом законом, в статье 46 Конституции Российской Федерации оговорка "в порядке, определяемом законом" отсутствует, что и дает право (и обязанность) судам проверять конституционность подзаконных актов в порядке абстрактного нормоконтроля на основании действующего гражданского процессуального законодательства.

Проиллюстрируем примером из практики (признание отдельных норм подзаконного нормативного акта недействительными):

«Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего: Федина А.И. членов коллегии: Кебы Ю.Г., Ермилова В.М. с участием прокурора: Федотовой А.В. рассмотрела в открытом судебном заседании от 28 марта 2002 г. гражданское дело по жалобе ООО "МТС" на первое предложение абзаца 2 пункта 4 распоряжения Государственного таможенного комитета Российской Федерации от 3 июля 2001 года N 702-Р "О некоторых вопросах применения таможенного режима временного ввоза (вывоза) товаров" и на пункты 3 и 4 "Порядка уплаты таможенных платежей при частичном освобождении от уплаты таможенных пошлин, налогов временно ввозимых (вывозимых) товаров", утвержденного распоряжением Государственного таможенного комитета РФ от 3 июля 2001 года N 702-р по кассационной жалобе ГТК РФ на решение Верховного Суда РФ от 23 января 2002 года, которым пункты 3 и 4 "Порядка" признаны недействительными, а в удовлетворении жалобы на первое предложение абзаца 2 пункта 4 Распоряжения ГТК РФ от 3 июля 2001 г. №702-р отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Федина А.И., объяснения представителей ГТК РФ Наумова А.А. и Доля Э.А., поддержавших доводы кассационной жалобы, выслушав заключение прокурора Федотовой А.В., полагавшей кассационную жалобу необоснованной, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации установила:

3 июля 2001 г. Государственным таможенным комитетом Российской Федерации принято распоряжение №702-Р "О некоторых вопросах применения таможенного режима временного ввоза (вывоза) товаров" (далее Распоряжение). 3 августа 2001 г. указанное Распоряжение было зарегистрировано в Министерстве юстиции Российской Федерации, а 8 августа 2001 г. опубликовано в "Российской газете".

В качестве Приложения 1 к Распоряжению утвержден Порядок уплаты таможенных платежей при частичном освобождении от уплаты таможенных пошлин, налогов временно ввозимых (вывозимых) товаров (далее - Порядок).

Общество с ограниченной ответственностью "МТС" обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с жалобой о признании недействительными первого предложения абзаца 2 пункта 4 Распоряжения и пункта 3 и 4 Порядка. В обоснование жалобы указано, что оспариваемые предписания нормативного правового акта противоречат действующему законодательству о налогах и сборах, таможенному законодательству и нарушают имущественные права юридических лиц.

Верховный Суд Российской Федерации постановил приведенное выше решение.

В кассационной жалобе Государственный таможенный комитет РФ ставит вопрос об отмене судебного решения, в удовлетворении части жалобы заявителя, ссылаясь на ошибочность выводов суда о несоответствии пунктов 3 и 4 "Порядка" закону и нарушении прав и законных интересов заявителя.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований к отмене решения суда.

Оспоренными пунктами 3 и 4 "Порядка" предусмотрено, что возврат (зачет) уплаченных сумм периодических таможенных платежей при обратном вывозе (ввозе) либо заявлении товаров к иному таможенному режиму не производится, за исключением случая, указанного в пункте 4 настоящего Порядка (п. 3); в случае вывоза (ввоза) товаров или изменения режима временного ввоза на иной таможенный режим до истечения срока разрешенного временного ввоза (вывоза) подлежат возврату (зачету) суммы периодических платежей, уплаченных за неиспользованный срок временного ввоза (вывоза), в соответствии с порядком, установленным для возврата (зачета) излишне уплаченных таможенных платежей (п. 4).

Признавая недействительными эти пункты нормативного правового акта, Верховный Суд Российской Федерации обоснованно сослался на несоответствие их положениям федерального закона и Конституции РФ (пункт 3 - в части запрета производства возврата (зачета) уплаченных сумм периодических таможенных платежей при заявлении товаров к иному таможенному режиму (за исключением случая, указанного в пункте 4 настоящего Порядка) и пункт 4 в части, допускающей возможность возврата (зачета) лишь сумм периодических платежей, уплаченных за неиспользованный срок временного ввоза (вывоза) в случае изменения режима временного ввоза на иной таможенный режим до истечения срока разрешенного временного ввоза (вывоза), а, следовательно, запрещающей производство возврата (зачета) таких сумм в иных случаях (т.е. за использованный период).

Так, согласно ст. 57 Конституции РФ каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

В соответствии с частью 3 статьи 75 Конституции Российской Федерации система налогов, взимаемых в федеральный бюджет, и общие принципы налогообложения и сборов в Российской Федерации устанавливаются федеральным законом.

Статьей 13 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что к федеральным налогам и сборам, помимо других, относятся налог на добавленную стоимость, таможенная пошлина и таможенные сборы.

В силу Таможенного кодекса Российской Федерации иностранные товары, ввозимые на таможенную территорию Российской Федерации, подлежат таможенному оформлению и таможенному контролю, а пользование ввезенными товарами осуществляется в соответствии с таможенными режимами, предусматривающими последующее владение, пользование и распоряжение этими товарами.

Статьей 68 Таможенного кодекса Российской Федерации установлено, что временный ввоз (вывоз) товаров - таможенный режим, при котором пользование товарами на таможенной территории Российской Федерации или за ее пределами допускается с полным или частичным освобождением от таможенных пошлин, налогов и без применения мер экономической политики. Временно ввозимые (вывозимые) товары подлежат возврату в неизменном состоянии, кроме изменений вследствие естественного износа либо убыли при нормальных условиях транспортировки и хранения.

Согласно статье 72 Таможенного кодекса Российской Федерации случаи полного освобождения в отношении временно ввозимых (вывозимых) товаров от уплаты таможенных пошлин, налогов определяются Правительством Российской Федерации.

В иных случаях, а также при несоблюдении лицом, перемещающим товары через таможенную границу Российской Федерации, условий полного освобождения от уплаты таможенных пошлин, налогов может применяться частичное освобождение от уплаты таможенных пошлин, налогов в порядке, определяемом Государственным таможенным комитетом Российской Федерации по согласованию с Министерством финансов Российской Федерации.

При частичном освобождении от уплаты таможенных пошлин, налогов за каждый полный и неполный месяц уплачивается три процента от суммы, которая подлежала бы уплате, если бы товары были выпущены для свободного обращения или вывезены в соответствии с таможенным режимом экспорта.

Общая сумма таможенных пошлин, налогов, взимаемых при временном ввозе (вывозе) с частичным освобождением от уплаты таможенных пошлин, налогов, не должна превышать суммы таможенных пошлин, налогов, которые подлежали бы уплате на момент ввоза (вывоза), если бы товары были выпущены для свободного обращения или вывезены в соответствии с таможенным режимом экспорта.

В случае, если указанные суммы станут равными, то товар считается выпущенным для свободного обращения или вывезенным в соответствии с таможенным режимом экспорта при условии, что в отношении этого товара не применяются меры экономической политики.

Правильно истолковав указанные нормы Конституции РФ и федерального закона, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что п. 3 оспариваемого Порядка (устанавливающий, что возврат (зачет) уплаченных сумм периодических таможенных платежей при заявлении товаров к иному таможенному режиму не производится, за исключением случая, указанного в пункте 4 Порядка) данным нормам противоречит и нарушает имущественные права заявителя.

Поскольку с учетом конкретной редакции пунктов 3 и 4 "Порядка" невозможно "вычленить" из них отдельно часть положений, признанных судом незаконными, в резолютивной части обоснованно указано на недействительность этих пунктов без указания той их части, которая признана незаконной. Однако данное обстоятельство не лишает Государственный Таможенный комитет РФ отредактировать эти пункты Порядка, исключив из них предписание, признанное судом незаконным.

В связи с этим довод в кассационной жалобе о неправильности изложения резолютивной части решения несостоятелен.

Правильно указал суд в своем решении и на то, что введенный ГТК РФ запрет на возврат (зачет) сумм периодических таможенных платежей (при режиме временного ввоза (вывоза) товаров) при заявлении товаров к иному таможенному режиму означает то, что ввоз (вывоз) одного и того же товара должен облагаться обязательными платежами неоднократно.

Однако такое положение противоречит федеральному закону (приведенным выше частям 4 и 5 ст. 72 Таможенного кодекса РФ), согласно которому ввоз (вывоз) товара облагается таможенными пошлинами и налогами однократно.

В кассационной жалобе заявитель ссылается на неправильное истолкование судом ст. 72 Таможенного кодекса РФ, не приведя убедительных правовых обоснований такого утверждения.

Между тем, произведенные судом толкования данной нормы закона при разрешении настоящего спора полностью соответствуют содержанию этой нормы.

Незаконность пунктов 3 и 4 "Порядка" давали суду и основания для вывода о том, что фактически эти положения нормативного акта ограничивают право лица на свободный выбор или изменение таможенного режима, что превращает неправомерное указание о частичном двойном налогообложении одного и того же товара в своеобразную санкцию за такие действия декларанта.

Поскольку п. 4 "Порядка" необоснованно предусматривает возможность возврата (зачета) сумм периодических таможенных платежей, лишь уплаченных за неиспользованный срок временного ввоза (вывоза), суд обоснованно признал недействительным и этот пункт нормативного акта с учетом изложенных выше мотивов.

Нельзя согласиться и с доводом в кассационной жалобе о противоречивости судебного решения, которым признаны недействительными п.п. 3 и 4 "Порядка" и, вместе с тем, не удовлетворена жалоба на первое предложение абзаца 2 пункта 4 Распоряжения ГТК РФ от 3 июля 2001 г., содержащее (по мнению ГТК РФ) также фактически запрет на возврат (зачет) уплаченных сумм периодических таможенных платежей в аналогичных пунктах 3 и 4 "Порядка" случаях.

Первое предложение абзаца 2 пункта 4 Распоряжения содержит общее положение о том, что в случае помещения временно ввезенных (вывезенных) товаров под таможенные режимы выпуска для свободного обращения или экспорта следует взимать таможенные пошлины, налоги и таможенные сборы за таможенное оформление, подлежащие уплате при помещении указанных товаров под данные таможенные режимы.

Это положение нормативного акта не рассматривает (не затрагивает) вопрос о производстве какого-либо возврата (зачета) сумм периодических таможенных платежей в указанных выше случаях, а, следовательно, и не содержит запрета на такой возврат (зачет).

Поэтому суд обоснованно не признал незаконным данное предложение 2-го абзаца п. 4 Распоряжения ГТК РФ, как не противоречащее общим положениям ст.ст. 31, 72 и 98 ТК РФ о необходимости уплаты таможенных платежей при экспорте товара об оплате таможенных налогов и сборов, как условии помещения товаров под таможенный режим.

Необоснованным является и довод в кассационной жалобе о противоречии решения суда Налоговому кодексу РФ, не называющему периодические платежи излишне выплаченными налоговыми платежами.

Данное утверждение не соответствует приведенному выше положению ст. 72 ТК РФ и подпункту 5 п. 1 ст. 151 Налогового кодекса РФ.

С учетом изложенных обстоятельств кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. 305 ГПК РСФСР, Кассационная коллегия определила: решение Верховного Суда РФ от 23 января 2002 г. оставить без изменения, а кассационную жалобу Государственного таможенного комитета РФ - без удовлетворения»[17].

В заключение данной главы сделаем общий вывод: необходимо принятие ФКЗ РФ «О судах общей юрисдикции», в котором нужно разрешить всю накопившуюся проблематику.



[1] Петрухин И.Л. Проблема судебной власти в современной России // Государство и право. 2000. N 7. - С.20

[2] Лобачев Е. Суд – далеко, Конституция – высоко // ЭЖ-ЮРИСТ. - N 9. – 2003.

[3] См., например: Железнова Н.Д. Практика судебного контроля за содержанием нормативных актов. Судебная власть в России. М., 2002. С.84-102; Лебедев В.М. Становление и развитие судебной власти в Российской Федерации. М., 2000; Проблемы защиты публичных и частных интересов в административных судах. М., 2001.

[4] Жилин Г.А. Признание нормативных актов недействительными // Российская юстиция. 1998. N 7. - С.41

[5] Ершов В. Прямое применение Конституции РФ. От решения Пленума Верховного Суда РФ до постановления Конституционного Суда РФ // Российская юстиция. – 1998. - N 9.

[6] Ершов В.Признание нормативных правовых актов противоречащими Конституции РФ и федеральным законам: теория вопроса // Российская юстиция. - N 4. - апрель 2003 г.

[7] Там же.

[8] Ершов В.Признание нормативных правовых актов противоречащими Конституции РФ и федеральным законам: теория вопроса // Российская юстиция. - N 4. - апрель 2003 г.

[9] Постановление Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2001 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности части второй статьи 16 Закона города Москвы "Об основах платного землепользования в городе Москве" в связи с жалобой гражданки Т.В.Близинской" // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 2002 г. - №2.

[10] Определение Конституционного Суда РФ от 8 февраля 2001 г. N 15-О "По ходатайству Председателя Правительства Республики Карелия о разъяснении постановлений Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 1998 года по делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации и от 11 апреля 2000 года по делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 статьи 1, пункта 1 статьи 21 и пункта 3 статьи 22 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 2001 г. №3.

[11] Закон РФ от 27 апреля 1993 г. N 4866-1 "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. - 13 мая 1993 г. - №19. - Ст. 685.

[12] Федеральный закон от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской Федерации от 18 октября 1999 г.. - N 42. - Ст. 5005.

[13] Федеральный закон от 17 ноября 1995 г. N 168-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О прокуратуре Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской Федерации. - 20 ноября 1995 г. - N 47. - Ст. 4472.

[14] Проект федерального конституционного закона "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации"

[15] Постановление Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. N 6-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 статьи 1, пункта 1 статьи 21 и пункта 3 статьи 22 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" в связи с запросом Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской Федерации. - 17 апреля 2000 г.. - N 16. - Ст. 1774.

[16] Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Г.А.Гаджиева по делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации // Российская газета. – 30 июня. – 1998.

[17] Определение Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 28 марта 2002 г. N КАС 02-117

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-19